— Почему же он чудной?

Когда Верин отец смеется, он забавно надувает губы и усы у него прыгают. Или дергаются. Но это — одно и то же.

— Потому что он все время о чем-то думает, о постороннем! — говорит Вера.

— Если человек думает — это не самое худшее, — замечает отец. — А по-моему, он очень серьезный и интересный парнишка. И очень хорошо, что тебе поручили с ним заниматься… Я бы на твоем месте радовался!..

— Да я ничего не говорю. Только…

— Что «только»?

— Он почему-то меня все время не про задачи, а про море спрашивает. И пароходы в тетрадках рисует.

— Значит, у человека мечта есть, а это тоже неплохо. Как ты считаешь?

Вера соглашается. С родителями надо соглашаться.

Но понять Сашу она все равно не может.

Непонятный он какой-то и не похожий на всех других ребят. Другие, обычные, — шумят, спорят, дерутся, смеются над девчонками, списывают, подсказывают и, уж конечно, ни о чем особом не думают. А Саша — тихий. А Саша думает. И все время про море спрашивает. Разве не чудно?

Правда, Вера сама Саше сказала, что каждое лето на море уезжает. С тех пор, как еще до школы болела чем-то. Болезнь давно прошла, а поездки на море остались. Как говорит мама: «Для профилактики». И как говорит папа: «Ох уж этот мне оздоровительный сезон». Но папа шутит. Ему самому нравится бывать на море.

Вера тоже любит эти поездки. И то, что они живут в небольшой деревушке, а не в каком-нибудь санатории или в пансионате, нравится Вере. И то, что рядом с деревушкой есть настоящая пограничная застава, нравится. По вечерам пограничники освещают море прожекторами и патруль ходит по пляжу, там, где днем купаются мальчишки, девчонки и немногие взрослые. А однажды, два года назад, пограничники спасли Веру от настоящей смерти. Так говорит папа. У Веры начался гнойный аппендицит, и сам начальник заставы взялся доставить ее на пограничном катере в город, в больницу. И хотя это было давно, Вера и теперь здоровается с начальником заставы. А он при встрече с Верой обязательно шутит: